Ну зачем женщины во все времена до предела оголяют то свои ноги, то грудь?

12 июля 2011 - CHAS

Передо мной предстала очень молодая женщина с длинными золотистыми волосами и великолепнейшей фигурой. Её красота была необычна. Трудно было представить, кто из красавиц, побеждавших на самых престижных конкурсах красоты, мог бы соперничать с ней по внешнему виду и, как потом выяснилось, по интеллекту. Всё в этой таёжнице было влекущим и завораживающим.

— Ты, наверное, устал? — спросила Анастасия. — Хочешь отдохнуть?

Мы присели прямо на траву, и я смог ближе рассмотреть её лицо: никакой косметики, правильные черты, холёная кожа, совсем не похожая на обветренные лица жителей сибирской глубинки, большие добрые серо-голубые глаза и слегка улыбающиеся губы. Она была одета в лёгкое короткое платьице, чем-то похожее на ночную рубашку, но складывалось впечатление, что телу её не было холодно, несмотря на всего 12–15 градусов тепла.

Я решил перекусить. Достал из сумки бутерброды, плоскую бутылку с хорошим коньяком, предложил выпить Анастасии, но она коньяк пить отказалась и есть со мной тоже почему-то не стала. Пока я закусывал, Анастасия лежала на траве, блаженно закрыв глаза, и как бы предоставляла ласкать себя лучам солнца. Они отражались золотистым светом в её повёрнутых кверху ладонях. Она была прекрасна и полуобнажена.

Я смотрел на неё и думал: «Ну зачем женщины во все времена до предела оголяют то свои ноги, то грудь, то всё сразу с помощью мини и декольте? Разве не для того, чтобы взывать к окружающим мужчинам: “Смотри, как я прелестна, как открыта и доступна”. И что тогда остаётся делать мужчине? Противостоять своей плотской страсти, тем самым унижая женщину своим невниманием, или оказывать ей знаки внимания и нарушать закон, данный Богом?». Когда закончил закусывать, спросил:

— Анастасия, а ты не боишься одна ходить по тайге?

— Мне тут бояться нечего,— ответила Анастасия.

— Интересно, а как бы ты защищалась, встретившись с двумя-тремя мужиками — геологами или охотниками?

Она не ответила, лишь улыбнулась.

Я подумал: «Каким образом эта молодая красавица, такая необыкновенно соблазнительная, может никого и ничего не бояться?». За то, что произошло в дальнейшем, мне неловко до сих пор... Я обнял её за плечи и привлёк к себе. Она не сильно сопротивлялась, хотя в её упругом теле чувствовалась немалая сила. Однако ничего с ней сделать я не смог. Последнее, что я помню перед тем, как потерял сознание, ею произнесённые слова: «Не надо, успокойся». И ещё перед этим помню, как вдруг охватил меня невероятной силы страх. Страх непонятно чего — как бывает в детстве, когда находишься дома совсем один и чего-то боишься.

Когда я очнулся, она стояла передо мной на коленях, одна её рука лежала у меня на груди, второй махала кому-то вверху и по сторонам. Она улыбалась, но не мне, а, казалось, кому-то, кто невидимо окружал нас или находился над нами. Анастасия словно показывала своим жестом своему невидимому другу, что ничего плохого с ней не происходит. Потом она спокойно и ласково посмотрела мне в глаза:

— Успокойся, Владимир, всё уже прошло.

— Но что это было? — спросил я.

— Невосприятие гармонией твоего отношения ко мне, возникшего в тебе желания. Ты сам потом сможешь во всём разобраться.

— Причём тут какая-то гармония? Это же ты! Только ты сама и стала сопротивляться.

— И я тоже не восприняла. Мне было неприятно.

Я сел, пододвинул к себе сумку.

— Ну надо же? Не восприняла она! Неприятно ей... Да вы, женщины, только и делаете всё, чтобы соблазнить. Ноги свои оголяете, грудь выставляете, на шпильках ходите. Неудобно ходить на шпильках, а вы ходите! Ходите и виляете всякими своими прелестями, а как чуть что... «Ах, мне это не нужно, я не такая...». А для чего тогда виляете? Лицемерки! Я — предприниматель — разных вас повидал. Все вы одного хотите, только ломаетесь по-разному. Ты вот для чего сняла верхнюю одежду? Нежарко ведь! Потом ещё разлеглась тут, замолчала, да ещё улыбалась так...

— В одежде мне неудобно, Владимир. Я её надеваю, когда из леса выхожу, к людям, чтоб как все выглядеть. Под солнышко легла отдохнуть и не мешать, пока ты ел.

— Не мешать хотела... Да помешала.

— Ты прости меня, пожалуйста, Владимир. Конечно, прав ты в том, что каждой женщине хочется, чтобы на неё обращали внимание мужчины, но не только на ноги и грудь. Хочется, чтобы не прошёл мимо тот единственный, который сможет увидеть большее.

— Но здесь-то никто мимо не проходил! И что это такое большее нужно видеть, если на первом плане ноги торчат? Какие-то вы, женщины, нелогичные.

— Да, к сожалению, иногда так и получается в жизни...

Отрывок из книги Владимира Мегре "Анастасия - звенящий кедр"

Ну зачем женщины во все времена до предела оголяют то свои ноги, то грудь?

Похожие статьи:

Лучшие материалы UNASTYUSHI.RU